← Все рассказы

Мать позвонила дочери о разводе. Вопрос зятя оборвал её личный разговор

Нина звонит дочери из своей кухни

Нина только успела сказать дочери Ольге, что они с её отцом решили развестись и сегодня он забрал вещи, как в телефоне раздался голос зятя Андрея, Ольгиного мужа:

- А с квартирой что решили?

Она стояла возле чайника, придерживая большим пальцем неплотно закрытую крышку. Перед звонком собиралась сесть, но так и осталась у кухонного стола.

- Оля, ты не одна?

- Мы ужинаем. А что?

- Андрей тоже всё слышит?

- Ну да. У меня телефон на столе, на громкой. Мам, подожди, как это вы решили?

Нина убрала руку с чайника. Крышка приподнялась.

Она долго выбирала, с чего начать. Не хотела говорить «у нас всё кончено», словно сообщала о чьей-то смерти. Не хотела и привычного «ничего страшного», после которого пришлось бы весь разговор доказывать, что с ней действительно ничего не случилось. Вышло коротко и почти буднично. А теперь от неё уже ждали ответа про квартиру.

- Я не знала, что вы вдвоём слушаете.

- Мам, это же Андрей. Он всё равно бы узнал.

Из телефона донёсся стук посуды. Нина представила их ужин, тарелки, телефон между ними. Обычный вечер, в который она попала со своей новостью.

- Узнал бы. Но я тебе позвонила.

- Сейчас я выключу громкую. Подожди.

- Не надо сейчас.

- Ты обиделась?

Нина посмотрела на табурет, который отодвинула, когда набирала дочь. Ещё минуту назад хотелось сесть и рассказать, как она закрыла дверь за мужем, вернулась на кухню и не смогла заняться простой вещью. Теперь ей не хотелось даже произносить это при Ольге. Всё ещё слышался вопрос Андрея.

- Я потом поговорю с тобой.

- Мам, ну не клади трубку.

- Я дома. Со мной всё нормально. Пока, Оля.

Она закончила звонок и положила телефон экраном вниз. Постояла, глядя на него, потом всё-таки села на отодвинутый табурет.

Андрей не сказал ничего дурного. Вопрос был разумный, его наверняка предстояло услышать ещё не раз. Нина и сама спросила бы о жилье, если бы кто-нибудь из близких сообщил о разъезде.

Телефон завибрировал под ладонью.

«Ты дома?»

Нина перевернула его.

«Да».

«Давай вечером вместе наберём. Спокойно поговорим».

Она начала писать: «Я не хочу, чтобы вы решали…» Стерла. Ольга пока ничего за неё не решала. Предлагала поговорить, как умела, с мужем рядом.

«Вместе не надо».

Ответ пришёл не сразу.

«А я одна завтра могу позвонить?»

«Можешь. Вечером».

Нина ещё подержала открытой переписку. Можно было дописать хотя бы несколько слов о том, зачем она звонила. Но это пришлось бы набирать, перечитывать, отправлять. Она погасила экран.

На следующий вечер Ольга позвонила сама.

- Я одна, мам. Андрей ещё с работы не приехал.

- Хорошо.

- Как ты сегодня?

- Нормально. В магазин ходила.

- А спала?

- Спала.

Нина сидела на кухне и перебирала в миске яблоки. Одно начало портиться с бока, его надо было обрезать. Она достала нож, хотя есть сейчас не хотелось.

- Папа звонил? - спросила Ольга.

- Мы с ним обо всём договорились.

Это не было ответом на вопрос. Нина услышала сама, но поправляться не стала.

- Понятно.

Нина срезала с яблока тёмный бочок, затем ещё тонкий ломтик, уже совершенно хороший.

- А у тебя что? - спросила она.

- Да ничего.

Раньше после такого ответа Нина обязательно уточнила бы. Сейчас она положила нож поперёк миски и ждала, прислушиваясь к дыханию дочери. Ей хотелось, чтобы разговор продолжился, пусть даже не о ней.

Нина слушает дочь, отложив нож поперёк миски с яблоками

- Ужин вот приготовила, - сказала Ольга. - Сижу.

- Андрей поздно будет?

- Теперь уже не знаю. Обещал сегодня пораньше. Хотели вдвоём побыть, без всяких дел. Я всё убрала заранее, приготовила. Написал: задерживаюсь.

- По работе?

- По работе. Я понимаю, бывает. Только мог бы раньше предупредить. Я бы не торопилась так домой.

Нина потянулась за ножом, но оставила его в миске. В Ольгином голосе появилась знакомая усталость, с которой она прежде рассказывала про неудачный день, зная, что можно не выбирать выражений.

- Ты ему сказала?

- Написала, что жду. Он ответил: поешь без меня. А я не из-за еды его жду.

Нина выпрямилась. С Андреем у неё были хорошие отношения, они могли поговорить без Ольги. Он иногда сам звонил спросить что-нибудь по делу. Можно было и сейчас набрать его, спокойно объяснить, что дочь не просто капризничает из-за остывшего ужина.

- Хочешь, я ему позвоню? Скажу, что так нельзя. Обещал же тебе.

- Мам, не звони ему. Я тебе рассказываю.

Нина уже открыла рот, чтобы сказать: «Я ведь без претензий».

- Хорошо. Не буду.

На кухне стало слышно, как капает плохо закрытый кран. Нина встала и повернула ручку.

- Ты сама с ним поговоришь?

- Когда придёт. Не хочу по сообщениям.

- Ладно.

Она вернулась к столу. Обрезанное яблоко лежало поверх остальных. Нина взяла его и откусила, чтобы не задавать следующий вопрос.

На следующий день она достала телефон после обеда. В списке контактов был и Андрей. Нина провела пальцем дальше, нашла дочь.

«Вечером можешь? По видео».

Ольга ответила через несколько минут:

«Могу. Позвони, как удобно».

Нина не стала спрашивать, чем закончился вчерашний вечер. Поставила телефон заряжаться и пошла мыть оставшуюся после обеда чашку.

Вечером на экране сначала появился край стола, потом Ольга. Нина успела заметить рядом вторую тарелку.

- Мам, привет. Андрей тут, мы на кухне. Я сейчас уйду.

Дочь взяла телефон. Изображение качнулось, за её плечом проплыл дверной проём. Нина увидела знакомый шкаф в другой комнате.

- Я громкую выключу. Давай без камеры?

- Давай.

Лицо Ольги исчезло. Через секунду голос стал тише и ближе.

- Всё. Слушаю тебя.

Нина подвинула к себе чашку, но пить не стала.

- Я тогда тебе не всё сказала.

- Про папу?

- Не совсем. Когда он ушёл, я поставила чайник. Налила, как всегда, на двоих.

В трубке было тихо.

- Потом достала одну чашку. И стою. Чайник уже вскипел, а я всё стою. Не могла сесть.

Нина провела пальцем по ручке чашки.

- Долго? - спросила Ольга.

- Пока вода не остыла. Потом ещё раз включила.

- Ты хоть поела тогда?

- Позже. Бутерброд сделала.

Ольга вздохнула, но ничего не предложила. Нина ждала вопроса о том, не передумают ли они с отцом, и заранее не знала, что ответить. Дочь его не задала.

- А сегодня? - спросила она.

- Сегодня уже села. Только телевизор включила на кухне. Даже не смотрела, он просто работал.

Нина откинулась на спинку стула. Рассказала ещё, как утром по привычке прислушалась к воде в ванной. На этот раз не стала добавлять, что всё это пустяки и скоро пройдёт.

Потом Ольга сказала:

- Мы вчера так и не поговорили. Когда Андрей вернулся, уже оба устали. На сегодня отложили.

Нина посмотрела на часы. Первым движением было спросить, зачем дочь тогда сидит с ней в телефоне, не лучше ли пойти к мужу сейчас. Она даже убрала чашку, словно собиралась отпустить Ольгу к более важному делу.

- Ты хочешь сейчас об этом рассказать? - спросила Нина.

- Хочу. Если ты не устала.

- Не устала. Говори.

- Я ведь и сама могла ему раньше написать, что для меня этот вечер важный. А мне хотелось, чтобы он помнил без напоминания…

Нина снова села поудобнее. Дочь продолжала говорить, а Нина держала телефон у щеки.

← Вернуться к рассказам